Работоголизм (трудоголизм) и алкоголизм
/Фрагмент. Опубликовано: Постнов В.В., Дереча В.А., Карпец В.В. Работоголизм как средство псевдоадаптации у больных алкоголизмом в ремиссии. В сб.материалов 2-го Всероссийского совещания проректоров и заведующих кафедрами образовательных учреждений высшего и профессионального образования Министерства зравоохранения и социального развития РФ «Вопросы подготовки клинических психологов , специалистов по социальной работе и врачей психотерапевтов». – Оренбург, 2005. С.262 – 265/.
Ремиссия при алкоголизме претерпевает определённую динамику (Пятницкая И.Н., Портнов А.А., 1973). Одним из проявлений заболевания во время алкогольной ремиссии является реализация зависимого поведения личности в виде нехимической аддикции. По определению Ц.П.Короленко (1991) это выражается в стремлении к уходу от реальности посредством изменения своего психического состояния с помощью сосредоточения на определённых предметах и активностях.
С целью исследования расстройств адаптации и их влияния на срывы и рецидивы у больных алкоголизмом в ремиссии были обследованы 152 больных на этапе полного развития заболевания со сроками алкогольной ремиссии от 3 месяцев до 5 лет.
Из всех нехимических аддикций, которые обнаружены у обследованных больных накануне алкогольного срыва, особое место занимает работоголизм. Во-первых, это наиболее частая форма из наблюдавшихся нами нехимических аддикций, оказавшаяся актуальной для многих обследованных больных – 27 человек (18 %). Во-вторых, особенность работоголизма больных алкоголизмом состоит в социальной терпимости и даже приемлемости и одобряемости окружающими, в отличие от алкоголизации (пьянства) – социально осуждаемого поведения.
Клинический опыт позволил нам выделить основные признаки работоголизма: 1) увлечение работой не столько из-за ее полезности или субъективной приятности такого время препровождения, сколько из-за попыток заполнить эмоциональную пустоту; 2) подкрепление и социальное одобрение ближайшим окружением, прежде всего членами семьи, такого поведения; и, наконец, - 3) после алкогольного срыва своеобразный порочный круг: псевдозапойная форма пьянства – «запойное» погружение в работу – снова алкоголизация. Работоголизм как форма нехимической аддикции вначале был психологической защитой, затем - одним из факторов развития расстройств адаптации и последующего алкогольного срыва, а в дальнейшем - причиной утяжелений алкоголизации за счет обеднения ресурсов и сужения «жизненного пространства» личности.
Все больные с признаками работоголизма в ремиссии отмечали у себя совершенно осознанное стремление «погрузиться в дела», «спрятаться в работу от жизненных проблем», «уйти с головой в бизнес», «убежать от соблазнов», «окопаться на даче (в гараже) от армии собутыльников». Наличие выбираемых больными терминов «погрузиться», «спрятаться», «уйти» и т.п., свидетельствует о стратегии поведения в виде «ухода-избегания». Определение аддиктивного поведения Ц.П. Короленко (1991) как «стремление к уходу от реальности …» здесь наиболее приемлемо.
Стоит отметить, что признаки работоголизма отмечались у больных алкоголизмом вне зависимости от профессии, рода занятий, наличия или отсутствия работы. По нашим наблюдениям, этой аддикции подвержены представители профессий и «высшего», и «среднего», и «низшего» типов (по классификации А.С. Шафрановой, 1924). Между больными – представителями профессий всех типов не найдено достоверных статистических различий по результатам психологического исследования.
Практическое отсутствие или минимальные различия между этими группами при наличии нехимической аддикции в виде работоголизма позволяют считать, что в качестве работы, как вида деятельности, способного занять время и мысли больного во время ремиссии может быть и официальная профессия, и дополнительная (вне рамок рабочего графика) занятость, а также – домашнее хозяйство («дом, дача, гараж, огород»).
Необходимо отметить принципиальное отличие работоголизма, как аддикции, от здорового увлечения работой.
Для того, чтобы говорить о работоголизме как аддикции, необходимо наличие деструктивного, разрушающего личность патопсихологического или психопатологического механизма в работе. Как уже отмечалось, больные алкоголизмом с признаками работоголизма в ремиссии осознают и воспринимают работу как способ ухода от проблем. Особенно в период ремиссии после 3-х месяцев, иногда уже после завершения восстановительного лечения, эти проблемы усиливаются и нарастает их количество. При осознанном стремлении к трезвости у личности, более или менее сформированной еще до начала развития алкогольной зависимости возникает необходимость внутренней перестройки, переосмысления и изменения своего мировоззрения, убеждений и поведенческих стереотипов. Для поддержания ремиссии, ее устойчивости, уже недостаточно только лишь соблюдения трезвости на данный момент времени. Больные отмечают внутреннюю потребность завершения внутриличностных и межличностных конфликтов, «возвращения финансовых и моральных долгов». В таком случае, аддикция в виде «погружения в работу» позволяет отвлечься от этих проблем, всего лишь, как минимум, на время самой работы. Дезадаптивная сущность работоголизма у этих больных подтверждается также низкими значениями в шкалах самоуважения и аутосимпатии, и высокими по шкалам самоуничижения (при исследовании самоотношения), а также преобладанием неадаптивных стратегий «компромисса» и «избегания» в конфликтных ситуациях. Высокая внутренняя конфликтность вместе с симптомами гипопатии, страх пред выходными днями и праздниками свидетельствуют о невозможности достижения состояния «оперативного покоя» как признака адаптации. То, что при работоголизме главным является не результат деятельности, а сам ее процесс, подтверждается фактом, что не все такие больные являются хорошими преуспевающими работниками, «добытчиками для семьи». Это признают сами больные и подтверждают их созависимые родственники. Кроме того, работа в этой подгруппе больных признается одним из основных источников стресса, провоцирующего алкогольный срыв.
Родственники и сослуживцы больных алкоголизмом с проявлениями работоголизма в ремиссии, насколько можно, поддерживают их аддикцию в виде «ухода в работу». Даже при отсутствии результатов такого труда – «лишь бы не пил» (со слов родственников). Для них также актуален страх перед возможным обострением межличностных конфликтов как провокацией алкогольного срыва. Поэтому, с целью сохранения трезвости больного на данный момент времени созависимые избегают эмоционально насыщенных контактов с ним. Психологическое обследование созависимых родственников таких больных выявляет сходные, порой одинаковые, стратегии поведения в конфликте, преимущественно неконструктивные их варианты: «избегание», «компромисс» и «приспособление».
Актуализация нехимических аддикций у больных является в определённой мере закономерной, с точки зрения регресса психопатологических симптомов. Здесь аддиктивные паттерны поведения, оставаясь в целом прежними, подразумевают лишь замену алкоголизации как химической аддикции на «зависимость от определённых предметов и активностей», с одной стороны – менее разрушительную и не влекущую за собой тяжёлые симптомы интоксикации и физической зависимости, с другой – облегчающей трудностей повседневной жизни. Именно респектабельность работоголизма делает его привлекательным для больных алкоголизмом в ремиссии. Его псевдоадаптивность усиливает и ускоряет проявления гипопатии и других расстройств адаптации во время ремиссии, тем самым создавая условия для рецидива алкоголизма.
